Статьи

New Yorker. Российский Эдгар Гувер

На прошлой неделе в парижском университете Пантеон-Сорбонна с лекцией выступил Александр Бастрыкин, глава Следственного комитета России, которого пригласили принять участие в конференции, посвященной реформам в области уголовного права в России и Франции.

На круглый стол с участием Бастрыкина почти никто не пришел: как сообщает Le Monde, аудитория была практически пустой. В начале мероприятия сам глава Следственного комитета выглядел довольно расслабленным и говорил о своих наградах, о французском вине и красивых парижанках. Тем не менее, очень скоро Бастрыкин оказался под перекрестным огнем неудобных вопросов, касавшихся противозаконных действий его агентства. Его спрашивали о пытках, а кто-то из последних рядов даже крикнул ему на русском языке преступник!

Поначалу казалось, что эти гневные выкрики не могут вывести Бастрыкина из равновесия. Но после одного вопроса аудитории он не смог сохранить спокойствие. Этот вопрос не имел отношения к агентству Бастрыкина и к его действиям. Этот вопрос ставил под сомнение собственную репутацию Бастрыкина, как автора. Речь шла о плагиате.

Следственный комитет иногда называют российским ФБР. Такое сравнение, возможно, несколько натянуто, однако оно позволяет представить Бастрыкина российским Эдгаром Гувером (J. Edgar Hoover). Подобно Гуверу, первому главе ФБР, Бастрыкин, окончивший юридический факультет Ленинградского государственного университета в том же году, что и президент Владимир Путин, является главой Следственного комитета с момента его основания как независимого агентства. Он непрестанно работал над тем, чтобы расширить полномочия этого органа и пресекать то, что можно назвать нероссийской деятельностью. Следственный комитет ассоциируется с такими резонансными делами, как судебное преследование участниц панк-группы Pussy Riot (по обвинению в хулиганстве, предъявленному им после того, как они исполнили 40-секундную панковскую молитву в московском Храме Христа Спасителя); преследование трех десятков человек, принявших участие в антипутинской демонстрации в мае 2012 года (по обвинению в организации массовых беспорядков); а также в судебном преследовании международной команды активистов Greenpeace, задержанных в сентябре. Бастрыкин также стоит за уголовным процессом против самого известного в России политического активиста Алексея Навального. Необоснованные решения, презрительное отношение к законным процедурам и жестокое обращение с подозреваемыми успели стать привычными характеристиками подобных процессов.

Следственный комитет обладает полномочиями самостоятельно возбуждать уголовные дела, что делает его удобным инструментом, при помощи которого власти могут разбираться с неугодными им людьми. О прозрачности действий Следственного комитета не может идти и речи: агентству Бастрыкина с легкостью сходят с рук практики, которые в лучшем случае можно назвать сомнительными, а те люди, которые пытаются копнуть глубже, сталкиваются с весьма серьезными последствиями. Однажды репортер из Новой газеты предположил, что Бастрыкин вполне осознанно проявил нерешительность в расследовании дела банды убийц. Автор этой довольно эмоциональной статьи предположил, что следователи хотели замять это дело, а вовсе не раскрыть его. Вскоре после публикации статьи Бастрыкин пригласил ее автора сопровождать его в одной из поездок. Согласно открытому письму, написанному главным редактором Новой газеты, на обратном пути охрана главы Следственного комитета вывезла репортера в подмосковный лес, где его оставили один на один с Бастрыкиным, который угрожал ему смертью. Сам Бастрыкин принес публичные извинения за то, что он на мгновение потерял самообладание, однако он отрицал, что угрожал репортеру расправой. Ему удалось сохранить свою должность, и сейчас он продолжает расширять границы своей власти.

С начала этого года группа журналистов и ученых, называющих себя Диссернет занимается разоблачением случаев научного плагиата: члены этой группы изучают диссертации, послужившие основанием для присуждения научных степеней представителям российского истеблишмента депутатам, губернаторам, прокурорам и многим другим и довольно часто обнаруживают примеры беззастенчивых заимствований группа Диссернет старается избегать термина плагиат по причинам правового характера. По словам Сергея Пархоменко, одного из основателей Диссернет, пока им удалось изучить более 700 диссертаций, и свыше 300 из них представляли собой примеры злостного копирования.

Поэтому когда критики Бастрыкина в Париже затронули тему плагиата, он не смог сохранить самообладания, как в случае с вопросами о пытках и заключенных. Он гневно пригрозил подать в суд на Диссернет.

Случаи незаконного присвоения в трудах Бастрыкина (на этот раз речь шла не о его диссертации, а о его книге, опубликованной в 2004 году, которая носит название Знаки руки. Дактилоскопия) были тщательно задокументированы и выложены в интернет. Со скрупулезностью, которая уже успела стать отличительной чертой Диссернет, эксперты этой группы проверили книгу Бастрыкина и составили таблицу, наглядно демонстрирующую, что именно он позаимствовал у других авторов. Иллюстрации, таблицы, заглавия и введение составляют почти половину этой книги, в которой 370 страниц. Что касается оставшейся части книги, то около 60% материала полностью или частично совпадают с русскими переводами двух книг: книги немецкого автора по криминалистике и книги Империя ФБР: мифы, тайны, интриги (Official and Confidential: The Secret Life of J. Edgar Hoover) американского писателя Энтони Саммерса (Anthony Summers), написанной в 1993 году и переведенной на русский в 2001 году.

Для Бастрыкина Гувер, очевидно, является естественным образцом для подражания, бесценным источником идей и опыта. Пожалуй, он мог бы поучиться у него относиться к плагиату с осторожностью.

Комментарии

Комментировать

Войти используя Loginza Google Account Yandex Mail.ru Vkontakte Facebook Twitter OpenID